Скандальная фигуристка Елена Костылева снова оказалась в группе Евгения Плющенко — на это ушло всего две недели после громкого разрыва. Но вся предыстория и нынешний разворот сюжета наводят на мысль, что без кардинального решения семейных проблем эта история действительно может закончиться плачевно для карьеры талантливой спортсменки.
Еще в конце декабря казалось, что путь Костылевой и Академии Плющенко окончательно разошлись. Поводом для расставания стал конфликт между тренерским штабом и матерью фигуристки Ириной Костылевой. Елена ушла к Софье Федченко и начала тренироваться в ее группе, а в публичном поле это было подано как новый старт и попытка перезагрузки карьеры.
Параллельно с этими переменами Елена занята в новогоднем ледовом шоу «Спящая красавица», где исполняет главную роль. После премьеры продюсер проекта Яна Рудковская говорила о фигуристке в максимально теплых выражениях. Она подчеркивала, что в клубе к Лене относятся с огромной симпатией, ждут ее возвращения и уверены, что это рано или поздно произойдет, потому что именно в этой академии она добилась существенных успехов. Тогда подобные слова многим казались скорее дипломатичными, чем пророческими — но реальность оказалась иной.
Уже 8 января, то есть спустя буквально три дня после премьеры, сам Евгений Плющенко объявил в своих социальных сетях: Костылева возвращается в его школу. В своем обращении он сделал акцент на том, что во главе угла стоят интересы ребенка. По его словам, ради Лены в академии решили «стереть ластиком весь негатив» и переступить через собственные принципы, начав работу с «чистого листа» в светлый праздник Рождества. Плющенко также напомнил, что за последние полтора месяца фигуристка лишь один раз выходила на лед в его школе: были болезнь, поездка в Воронеж, операция. Теперь, по оценке тренера, им вместе предстоит колоссальный объем работы.
Практически одновременно свое официальное заявление сделала и академия «Триумф», где Костылева провела всего две недели. В сообщении подчеркнули, что Лена — безусловно одаренная спортсменка, однако «наши пути в спорте разные», и сотрудничество с ней прекращается. Тренеры отдельно отметили, что их система строится на тяжелой, кропотливой ежедневной работе над всеми аспектами фигурного катания: дисциплине, режиме, выполнении установленных объемов тренировочной нагрузки.
По версии «Триумфа», Костылева к такому подходу не готова. В заявлении говорится, что спортсменка якобы привыкла к «тусовкам, шоу, отсутствию режима» — и в формате, где фигуристка одновременно живет в режиме звезды ледового шоу, соблюсти жесткие требования спортивной академии не получилось. В качестве конкретных претензий упоминаются систематические пропуски тренировок, невыполнение условий по контролю веса и отказ от заданного количества полноценных прокатов программ.
Отдельной строкой в том же обращении идет фигура матери фигуристки Ирины Костылевой. В школе прямо заявили, что она вмешивалась в тренировочный процесс, игнорировала правила академии и нарушала спокойную рабочую атмосферу. По сути, тренеры открыто признали: проблема не только и не столько в самой спортсменке, сколько в ее окружении. В финале сообщения представители «Триумфа» поблагодарили академию Плющенко за то, что та «не бросает спортсменку и приняла обратно».
В комментариях к этому посту последовали дополнительные эпизоды и подробности о поведении семьи Костылевой и о том, как именно мать влияла на тренировочный процесс. Получилась практически публичная «характеристика» дуэта «спортсменка — родитель», которая в профессиональной среде многое объясняет без лишних слов.
Свою позицию озвучила и сама Елена. Она поблагодарила Софью Федченко за проделанную работу и отдельно выразила признательность ее матери, Татьяне Ивановне, за заботу и поддержку в быту. Но ключевой акцент в ее словах был сделан на фигуре Плющенко. Встретив его на шоу, Костылева, по ее признанию, окончательно осознала: Евгений Викторович — «ее любимый человек, тренер на всю жизнь». Она подчеркнула, что ему доверяет, ей с ним легко, а его техника прыжков близка и привычна, и она не хочет ее менять.
С точки зрения сюжетной интриги такой разворот событий выглядит эффектно: громкий уход, еще более громкое возвращение, эмоциональные заявления, религиозные и семейные мотивы. Но если отойти от внешней оболочки, становится заметно главное: ключевая проблема, которая уже не раз разрушала спортивные отношения Костылевой с тренерами, так и не решена — это стиль поведения ее матери.
В профессиональной среде уже давно сформировалось мнение, что сотрудничать с Еленой невероятно сложно именно из‑за ее родительницы. Истории о том, как Ирина Костылева грубо вмешивается в рабочие процессы, нарушает субординацию, позволяет себе хамские высказывания и не признает границ компетенций, давно перестали быть «слухами» и превратились в публично обсуждаемую реальность. А это значит, что любой тренер, берущий Лену, примерно представляет, чем рискует.
В этом контексте решение Софьи Федченко принять Костылеву в свою группу можно трактовать как смелый шаг, но, возможно, и как недооценку масштабов конфликта. Судя по скорости разрыва, терпения не хватило даже на полноценный испытательный период. Причем в «Триумфе» подчеркивают, что дело не только в материнском факторе, но и в спортивной составляющей: несоблюдении режима, дисциплины, тренировочных норм.
Именно здесь начинается самая тревожная часть истории. Академия Плющенко — едва ли не единственная структура, которая не просто вывела Костылеву на высокий уровень, но и продолжает давать ей уникальные возможности: участие в крупных шоу, главные роли, гонорары, известность. Для юниорки это редчайший случай — одновременно быть перспективной спортсменкой и медийной фигурой. Однако у подобного статуса есть и оборотная сторона: чем громче имя, тем болезненнее выглядят скандалы, особенно когда они происходят на глазах у всей страны.
Текущая ситуация — попытка «перезапуска» в знакомых стенах — выглядит как последний серьезный шанс Елены закрепиться в элите. Репутация фигуристки и ее семьи уже серьезно подпорчена. После серии конфликтов, публичных разборок и недолгих «романов» с разными школами все меньше уважающих себя специалистов готовы рисковать своим именем и атмосферой в группе ради сотрудничества с таким проблемным тандемом.
Особенно показательно, что в «Триумфе» прямо заявили: даже очень молодая спортсменка уже «привыкла к тусовкам». Это тревожный сигнал. В юном возрасте подобная система координат — когда приоритетом становятся шоу, внимание, неформальное общение, а не ежедневная рутинная работа — практически всегда ведет к стагнации и, в перспективе, к провалу. Великий талант может дать фору на несколько лет, но без дисциплины и режима он неизбежно сгорает.
У Плющенко, в отличие от других школ, к Костылевой есть особое отношение: он действительно вложил в нее много сил, времени и профессиональной репутации. Именно поэтому сейчас академия готова еще раз закрыть глаза на прошлые обиды и попробовать начать сначала. Но любая система, даже самая лояльная, имеет предел прочности. Если поведение матери спортсменки не изменится, очередной взрыв — вопрос времени.
Важно понимать, что в современном фигурном катании тренер — это не нянька и не кризисный менеджер, который обязан бесконечно разруливать семейные конфликты. Главная задача специалиста — выстраивать спортивный процесс, развивать технический и артистический потенциал, готовить программу к старту. Когда между спортсменкой и тренером постоянно стоит агрессивно настроенный родитель, любое сотрудничество превращается в минное поле.
Печальный прогноз, о котором сегодня говорят многие эксперты, строится именно на этом: если в поведении Ирины Костылевой ничего не изменится, сколько бы раз Елена ни возвращалась к Плющенко, каждый новый цикл будет короче предыдущего. Возможно, в ближайшее время удастся сохранить видимость стабильности: шоу, тренировки, соревнования, красивые заявления. Но в долгосрочной перспективе конфликты снова неизбежно начнут всплывать.
Психологически сама Елена, судя по ее словам, искренне тянется к Плющенко и верит в него как в наставника. Это, безусловно, плюс: доверие спортсмена к тренеру — важнейший фундамент для прогресса. Однако одной эмоциональной привязанности недостаточно. Нужен четкий режим, внутреннее взросление, понимание, что статус медийной звезды шоу не заменяет наград на соревнованиях и стабильных прокатов программ.
Еще один важный аспект — пример для других юных фигуристов. История Костылевой сегодня служит наглядным предупреждением: родительский сверхконтроль, переходящий в агрессию и давление на тренеров, способен разрушить даже самую многообещающую карьеру. Там, где мама или папа пытаются управлять всем — от задач на тренировке до внутренних правил школы, — неизбежно возникают конфликты и недоверие. В результате страдает прежде всего сам ребенок.
С профессиональной точки зрения, сейчас у Елены есть небольшой, но все еще реальный коридор возможностей. Она по-прежнему молода, обладает отличными прыжковыми данными, имеет сценический опыт, не боится больших арен. В руках грамотного тренера при нормальной рабочей атмосфере из такого набора можно вырастить сильную спортсменку международного уровня. Но для этого необходимо, чтобы вокруг нее наконец-то установилось хотя бы относительное спокойствие.
Если же сценарий повторится — новый скандал, очередной срыв, публичные обвинения — дорожка для возвращения в большой спорт будет практически перекрыта. Каждое следующее расставание с тренерским штабом делает репутацию Костылевой все более токсичной. А в фигурном катании, где очереди из талантливых детей стоят у дверей ведущих тренеров, мало кто готов мириться с подобным багажом проблем.
Поэтому нынешнее возвращение в академию Плющенко — не просто очередной эпизод скандальной хроники, а точка, в которой решается будущее Елены. Либо она и ее семья сделают выводы, изменят модель поведения и дадут тренерам возможность работать, либо эта история действительно придет к тому самому печальному итогу, о котором сегодня так много говорят: громкое, многообещающее начало и стремительное, обидное исчезновение из большого спорта.
Пока же ясно одно: без пересмотра роли и тактики поведения матери никакой «чистый лист» не будет по‑настоящему чистым. А значит, даже самое искреннее желание Плющенко помочь своей ученице рискует в очередной раз разбиться о старые, давно неуправляемые семейные конфликты.